Биографии писателей » Биографии » Александр Сумароков

Сумароков, Александр Петрович

img
  • Дата рождения: 14 (25) ноября 1717
  • Место рождения: Москва, Царство Русское
  • Направление: Сентиментализм
  • Жанр: Стихотворения, басни, трагедии, комедии, оды
  • Наиболее известные произведения

    Ода первая иамбическая
    Идиллия, Силен
    Семира
    Нарцисс

Александр Сумароков (1718—1770)

«Он первый чистоты во оных был примером»

      Александр Петрович Сумароков родился в 1718 г. О мес­те своего рождения он говорит в стихах к герцогу Браганцу:

 Где Вильманштранд, я там поблизости рожден, 

Как был Голицыным край Финский побежден.

      Отец его, Петр Панкратьевич, человек для своего време­ни очень образованный, принадлежал к старинному дворян­скому роду, был действительным тайным советником. Мать Сумарокова, Прасковья Ивановна, была из рода Приклонских. «Должен я за первые основания в русском языке отцу моему», — вспоминал Сумароков. Это было для будущего поэта весьма важным, так как в единственном для молодых дворян учебном заведении — кадетском сухопутном корпу­се, где обучали «военной экзерциции, инженерству, рисоваль­ному искусству, математике, также по-немецки, по-французс­ки, по-латыни и часть оратории, танцовать, на рапирах бить­ся и конной езде», мало занимались русским языком, счи­тая, что каждый русский и так его знает.

     В корпусе, который называли также «рыцарской акаде­мией» и куда Сумароков поступил в 1732 г., его товарищамиоказались молодые люди, впоследствии ставшие известны­ми государственными и военными деятелями: будущие фельдмаршалы граф М. Ф. Каменский, считавшийся, по сло­вам прусского короля Фридриха II, лучшим европейским тактиком, и Румянцев-Задунайский, кн. Репнин, старший брат Н. И. Панина - государственного канцлера и воспитателя Павла I - граф П. И. Панин, поэт Херасков, Елагин - сочи­нитель «Опыта русской истории» и другие. В кадетском корпусе они образовали небольшой литературный кружок -«Общество любителей русской словесности», где в свобод­ные часы читали друг другу свои произведения. Что для одних было забавой, то в Сумарокове пробудило талант, он увлекся сочинением модных сентиментальных песен, в стиле французских, и стал заметной фигурой не только среди своих товарищей-кадетов, но и в великосветских кругах С.-Петер­бурга. Любовные вирши Сумарокова превратились в песни, завоевавшие популярность у столичной молодежи. Сама «дщерь Петрова», императрица Елизавета, любила слушать стихи о нежной страсти, положенные на музыку модного тогда менуэта.

     Знакомясь в кадетском корпусе со всеобщей историей, Сумароков, по собственному признанию, переселял события веков минувших в свои первые стихотворные опыты. Вот что писал в 1736 г. юный кадет о завоеваниях Александра Македонского:

Сын гордости, сует любитель!

Тебя мечта, побед ловитель,

В страны индийские звала;

Тебя, покоя разоритель,

Тщета в край света завела.

Когда бы смерть не опоздала

Скончать твой век, земля бы стала

Театром греческих темниц,

В порывах гордости ты вскоре

Пошел в пространнейшее море

Искать неведомых границ.

     С точки зрения формы и содержания наиболее харак­терно из написанного в корпусе стихотворное послание Су­марокова своему товарищу М. Хераскову:

Среди игры, среди забавы,

Среди благополучных дней,

Среди богатства, чести, славы

И в полной радости своей —

Что все, как дым проходит,

Природа к смерти нас приводит:

Воспоминай, о человек!

Умрешь, хоть смерти ненавидишь

И все, что ты теперь ни видишь,

Исчезнет от тебя на век.

Во всем на свете перемена,

И все составлено из тлена.

Не зрим мы твердости ни в чем.

     Несомненный поэтический дар проявился и в оде «На побе­ды Петра Великого»:

Петр природу пременяет,

Новы души в нас влагает;

Строит войско, входит в Понт,

И во дни такой премены,

Мещет пламень, рушит стены

Рвет и движет горизонт.

     Следует принять во внимание, что Сумароков не имел предшественников в тоническом стихосложении, за исклю­чением разве что Тредиаковского.

Впоследствии Сумароков сам говорил о первой поре сво­его творчества: «Я будто сквозь дремучий лес, сокрываю­щий от очей моих жилище муз, без проводника проходил. Хотя я много должен Расину, но его я увидел уже тогда, когда вышел из сего леса, и когда уже парнасская гора предъявилась взору моему» (т. е. спустя несколько лет после окон­чания кадетского корпуса).

     Учась в кадетском корпусе, Сумароков переводит и вы­страивает по канону трагедии классицизма шекспировско­го «Гамлета», а вскоре на сцене появляется его собственная пьеса. Юные сотоварищи Сумарокова, восхищенные его тра­гедией «Хорев», организовали ее представление, о котором узнала императрица Елизавета Петровна. Те же кадеты-ар­тисты несколько раз представляли трагедию во дворце. «Хо­рев» явился первой пьесой нового русского театра. Именно эту пьесу поставили на профессиональной сцене основате­ли русского театра Ф. Волков и И. Дмитревский — снача­ла на подмостках Кожевенного завода в Ярославле, а затем с огромным успехом в Петербурге.

     В 22 года Сумароков был назначен в адъютанты к Го­ловкину, а после к графу А. Г. Разумовскому, при котором «дослужился до чина бригадирского, и наконец Екатериною II пожалован действительным статским советником, кавалером Св. Анны и пенсионом 200 рублей». Сумароков признавался, что любил балы и с увлечением предавался им; любил так­же женское общество, где блистал своими песнями, эклога­ми и идиллиями.

     Свои эклоги Сумароков посвящал «прекрасному рос­сийского народа женскому полу». Их содержание сам поэт определяет так: «дни златого века, когда едина нежность, только препровождаемая жаром и верностью, была основа­нием любовного блаженства». На упреки в наличии «из­лишней любви» в его эклогах поэт отвечал дамам: «Вам должно знать, что недостаточная любовь не была бы мате­рью поэзии».

     Между службой, светскими развлечениями и стихотвор­чеством Сумароков находил время и для чтения, что видно из его философских компиляций и критических статей; его «Эпистола о стихотворстве» обнаруживает знакомство автора с корифеями древней и современной (английской и фран­цузской) литературы. Но особенно много внимания уделял Сумароков изучению русского языка, протестовал против неоправданного использования иностранных заимствований. Он обратился к изучению русской истории и русской народ­ной песни, исследовал русские слова сравнительно с иност­ранными наречиями. Разумеется, теоретические изыскания подкреплялись практикой — созданием соответствующих образцов русской речи, которая должна была удовлетво­рять трем условиям: язык должен быть прост, правилен и чист от лишних иноземных слов. «На что нам вводить чу­жие слова? — пишет Сумароков. — Чужие слова всегда странны будут и знаменования их будут недостаточны; след­ственно введут слабость и безобразие в сильный и прекрас­ный наш язык.» Сумароков видел особую красоту и пре­лесть в звукоподражательности многих слов русского язы­ка: «У нас слово дождь выражает точно шум раздробленно льющихся из воздуха вод; ...в слове гром как бы слышится треск сталкивающихся воздушных волн» и т. д.

     1750-е гг. — пора расцвета таланта Сумарокова-драматурга. «Северный Расин», как именовали Сумарокова современни­ки, сыграл большую роль в становлении и развитии россий­ского театра, в формировании его репертуара, искусства дра­матического диалога. Многочисленные трагедии («Синав и Трувор»,   «Семира», «Ярополк и Димиза», «Вышеслав», «Дмитрий Самозванец»), комедии («Опекун», «Лихоимец», Трессотиниус»), оперы Александра Сумарокова пользова­лись огромным успехом у зрителей XVIII века. Неудивитель­но, что Сумароков в 1756 г. был назначен директором перво­го русского театра. При внимательном прочтении сумароковских стихов в них можно почувствовать дарование поэта-драматурга, особо в этом отношении показательны произве­дения, где рассказ ведется от лица женщины:

Не грусти, мой свет!

Мне грустно и самой,

Что давно я не видалася с тобой, —

Муж ревнивый не пускает никуда;

Отвернусь лишь, так и он идет туда.

Принуждает, чтоб я с ним всегда была;

Говорит он: «Отчего не весела?»

Я вздыхаю по тебе, мой свет, всегда,

Ты из мыслей не выходишь никогда.

Ах! несчастье, ах! несносная беда,

Что досталась я такому молода;

Мне в совете с ним вовеки не живать,

Никакого мне веселья не видать.

Сокрушил злодей всю молодость мою;

Но поверь, что в мыслях крепко я стою,

Хоть бы он меня и пуще стал губить,

Я тебя, мой свет, вовек буду любить.

     С 1759 г. Сумароков на свои собственные средства издает журнал «Трудолюбивая пчела», однако через год вследствие отсутствия подписчиков и столкновений с академической канцелярией журнал прекратил свое существование. Поми­мо произведений самого Сумарокова «Трудолюбивая пче­ла» помещала на своих страницах творения Тредиаковского, Дмитревского, Козицкого, Нартоваидр.

     Постепенно в творчестве Сумарокова появляются критичес­кие ноты. Он повествует о «дворянском злонравии», бесправии рабов, осуждает беззакония, творимые власть имущими.

Сумароков начинает работать в жанре сатиры, эпиграм­мы, басни. Подобное увлечение критическими настроениями не могло не отразиться на карьере приближенного ко двору литератора.

     В 1762 г. произошло замечательное в истории русской печати событие. Как свидетельствует митрополит Евгений, Екатерина, вступив на престол, «на три дня во всех московских типографиях допустила свободу печатания». Одним из первых воспользовался этой свободой Сумароков, представив свои замечательные по тому времени соображения, во-пер­вых, по поводу Свода законов и, во-вторых, об учреждении Государственного совета: «Как член общества я желаю, что­бы законы исправлены были. На что нет закона или неясен, на то сочинен бы был новый ясный, положительный... Судьи не боги и не цари, а мы не тварь их и не подданные. Осуж­дать должны законы, а не они, если суд праведен, а если суд неправеден, то осуждают нас не судьи, а беззаконники...» Интересно, что четыре года спустя в своем «Наказе» Екате­рина повторила мысль относительно общедоступности зако­нов: «...а уложение, все законы в себе содержащее, должно быть книгою весьма употребительною и которую за малую цену достать можно было на подобие букваря».

     Оценив гражданскую позицию и предложения Сумаро­кова, Екатерина II, по-видимому, не простила резкой крити­ки современных нравов. В «Хоре ко превращенному свету» проводится своего рода сравнение быта и нравственности в России и за ее границей, при этом оно оказывается не в пользу России:

За морем подьячие честны,

За морем в подрядах не крадут,

За морем почетные люди

Шеи назад не загибают;

Денег в землю за морем не прячут,

Деревень в карты там не ставят,

Людьми там не торгуют ...

     Упрек в беззаконии чиновников и безнравственности представителей дворянского сословия вызвал тайный гнев государыни, и Екатерина принудила Сумарокова покинуть Петербург.

     Лишенный царских милостей, покинутый вчерашними поклонниками и мнимыми друзьями, гонимый бюрократами-невеждами («придирки и козни ябед сводят меня и, вероятно, сведут с ума... »), Сумароков переживает глубокое раз­очарование в жизни и в людях. Преследуемый, беззащитный, он пристрастился к спиртному. Тот, кто еще совсем недавно гордо именовался первым российским стихотворцем, был предан забвению, умер в полной нищете и одиночестве.

Возьми себе в пример словесных человеков:

Таков нам надобен язык, как был у греков,

Какой у римлян был и, следуя в том им,

Как ныне говорит Италия и Рим,

Каков в прошедший век прекрасен стал французский,

Иль, наконец, сказать, каков способен русский!

Довольно наш язык в себе имеет слов,

Но нет довольного числа на нем писцов.


Теги: биография, Сумароков

Обсуждение статьи / Ваша оценка:
Фотографии писателя (Развернуть)

Александр Сумароков